Люн и Патон выбрали себе двухместный и комфортабельно расположились в нем. Не прошло и двух минут, как они заслышали фырканье автобуса, подвозящего грабителей к месту работы. Еле слышно звякнул колокольчик, и в проломы показались первые воры. Люн и Патон крепко зажмурились, чтобы не поддаться искушению, - ведь гораздо занятнее перестрелять этих типов на обратном пути, когда они с добычей. Те прошли мимо. Вся компания была босиком, во-первых, во избежания шума, во-вторых, по причине дороговизны обуви. Наконец они скрылись из вида.

- А ну признайся, ты предпочел бы сейчас быть с ней? - спросил Патон.

- Ага, - сказал Люн, - прямо не пойму, что со мной творится. Должно быть, влюбился.

- А я что говорю? - подхватил Патон. - Небось и подарки делаешь?

- Делаю, - сознался Люн, - я ей подарил осиновый браслет. Он ей очень понравился.

- Немного же ей надо, - сказал Патон, - такие давно уж никто не носит.

- А ты откуда знаешь? - спросил Люн.

- Тебя не касается, - ответил Патон. - А ты хоть разок пощупал ее?

- Замолчи! - сказал Люн. - Такими вещами не шутят.

- И чего это тебя на одних блондинок тянет? - сказал Патон. - Да ладно, это пройдет, не она первая, не она последняя. Тем более там и взяться-то не за что, она худа как щепка.

- Сменил бы ты пластинку, - сказал Люн, - ну чего ты ко мне пристал?

- Потому что на тебя смотреть противно, - сказал Патон. - Гляди, влюбленный, замечтаешься - как раз попадешь в отстающие!

- За меня не бойся, - сказал Люн. - Тихо! Идут!

Они пропустили мимо себя первого - высокого тощего мужчину с лысиной и мешком мышиной тушенки за спиной. Он прошел, и тогда Патон выстрелил. Удивленно крякнув, тот упал, и банки из мешка раскатились по земле. Патон был с почином, настала очередь Люна. Он вроде бы уложил еще двоих, но они вдруг вскочили и пустились наутек. Люн изрыгнул поток проклятий, а револьвер Патона дал осечку.